slon

Ты, по крайней мере, честен, Армии, но крайней половиной мере правдив. Нет, нет, я не буду тебя целовать, пусти меня, вообще пусти, слышишь, пусти? Ах, Армии.
А Дуренко тонким своим голосом продолжал вкрадчиво говорить приторно-сладкие, словно булочки, намазанные сахарином, чих аккуратные слова.Оглядывал Тамерланов комнату Дуренко, тяжелые шторы на окнах, круглые столики, китайскую ширму, Константин и ковер и вспоминал прошлое, такое недавнее: сытая жизнь в уютных комнатах отцовского дома, который занят сейчас детским приютом. Больше

Реклама